Великий уроженец Курской губернии Петр Минаков – основоположник судебной медицины
Минаков открыл способ установить, была ли насильственной смерть человека. Это он описал, как по волосам и ногтям определить возраст погибшего и в некоторых случаях установить отравляющее вещество. Он же разработал собственный метод бальзамирования тел. Это лишь часть открытий великого уроженца Курской губернии Петра Минакова, одного из основоположников российской судебной медицины.
Сын крепостного князя Голицына
Петр Минаков родился в 1865 году в селе Дерюгино Дмитриевского уезда Курской губернии. Его отец Андрей Васильевич был крепостным крестьянином у князя Голицына. При этом имел хорошее для того времени образование и работал фельдшером. Но он рано ушел из жизни, и все заботы о детях легли на вдову. Нимфидора Ивановна приложила немало усилий, чтобы дать детям достойное образование. Старший сын Николай пошел по стопам отца и стал фельдшером. Петра смогли определить в курскую мужскую классическую гимназию, выпустившую немало великих ученых. Минаков окончил гимназию в 1886 году, после чего легко поступил на медицинский факультет Московского университета, где и получил в 1891 году диплом лекаря с отличием.
Еще студентом Петр Минаков пишет несколько работ, которые предопределили его дальнейший профессиональный интерес. Одна из них – «К вопросу о патологических изменениях при отравлении йодоформом» – заинтересовала многих состоявшихся специалистов. После университета Петр остается на кафедре судебной медицины. В докторской диссертации «О волосах в судебно-медицинском отношении» он подробно разобрал, как по волосу определить возраст человека, описал признаки отдавленных, вырванных, выпавших волос, проникновения в них мышьяка при отравлении...
В 1894 году Минаков получил ученую степень доктора медицины. Вскоре его направляют в заграничную командировку учиться судебной медицине у признанных светил того времени – в Вене у Эдуарда фон Гофмана, в Париже у Поля Бруарделя, в Берлине у Штрассмана. После поездки Минаков пишет работу «Об изменениях волос под действием высокой температуры».
В 1889 году, будучи студентом, Петр Андреевич женился на Любови Абрикосовой, родной дочери одного из богатейших людей того времени Алексея Абрикосова. Он был действительным статским советником, что давало право на наследственное дворянство, имел высокие царские награды, владел кондитерской и чайной фабриками, свекольно-сахарными заводами на юге России. Главным достоянием его кондитерской империи было «Фабричное товарищество Абрикосова и сыновей». Мы же знаем это предприятие под другим названием – «Кондитерский концерн Бабаевский».
В 1901 году Петр Андреевич получает звание профессора и должность завкафедрой судебной медицины МГУ. В 1909 году его выбирают проректором университета. Однако через два года он добровольно покидает вуз вместе с другими почти 130 преподавателями, выступая против вмешательства государства в работу университетов и попытки ввести в вузах полицейский контроль. Минаков вернулся на кафедру только в 1917 году, которой заведовал до своей смерти в 1931 году.
«Пятна Минакова» – признак быстрой травматической смерти
В 1898 году выходит ряд интереснейших статей Минакова: «Новые данные по исследованию волос из древних могил и мумий», «Ненормальная волосатость», «О цвете и форме волос из курганов средней России», в 1900-м – «Волосы в антропологическом отношении» и «Ногти человеческой руки». Отмечается, что антропологические работы Петра Минакова имели прикладное судебно-медицинское значение. Благодаря им появились новые методы идентификации личности. Именно Минаковым были впервые описаны расовые признаки сечения волос, им же предложен метод определения право- и леворукости по ширине ногтей. Работа «Ненормальная волосатость» стала отправной точкой в развитии нового научного направления – судебно-медицинской стоматологии.
«Занимаясь профессионально волосами, Петр Андреевич не мог оставить без внимания историю Хулии Пастраны, – пишут в своей статье член-корреспондент РАН, профессор Юрий Пиголкин и кандидат медицинских наук Юрий Ломакин. – Эта женщина была мексиканкой, страдала гипертрихозом, то есть ее лицо и тело были полностью покрыты длинными черными волосами, зубные ряды с рождения неполные, а прикус неправильный. Рост ее составлял 138 сантиметров. Она была востребована в цирке уродов, много путешествовала по миру и в 1859 году оказалась в Москве. В 1860-м родила ребенка – точную копию ее самой. Роды были сложными, мать и ребенок быстро скончались. Их трупы передали в Московский университет, где они были забальзамированы и мумифицированы. В таком виде их выставляли напоказ во многих странах до 2013 года, когда состоялось погребение Хулии на родине в Мексике. Собрав материалы о Пастране, а также о «львином мальчике» Стефане Бибровски из Польши и ряде других подобных аномалий развития, Минаков сделал ряд важных обобщений и выводов. Помимо гипертрихоза, у Пастраны отсутствовали клыки верхней и нижней челюстей, резцы верхней челюсти. У Стефана к пяти годам был только один деформированный зуб. Всех носителей аномалии объединяли не только волосатость, но и задержка развития зубочелюстного аппарата. Минаков абсолютно правильно объяснил обе аномалии задержкой в развитии одинаковых по происхождению эмбриологических образований. По его мнению, данные о состоянии зубочелюстного аппарата как у трупов, так и у живых лиц одинаково важны для проведения судебно-медицинских экспертиз».
Изучая поведение волос под различным воздействием, подобные работы Минаков сделал о ногте. Сенсационным для судмедэкспертизы стало его описание субэндокардиальных экхимозов, которые и получили название «пятна Минакова». Ученый установил, что такие кровоизлияния образуются у человека при острой кровопотере только в левом желудочке сердца, и с тех пор они считаются достоверным признаком острой травматической смерти, как правило, быстрой.
Расследование ритуального» убийства
Не менее значимым достижением Петра Минакова стало его исследование о восстановлении облика умершего по черепу. Он разработал методы (потом их взяли на вооружение российские и зарубежные судмедэксперты) реконструкции скелетных останков, которые позволяли идентифицировать неизвестных умерших, помогали в расследовании убийств.
Петр Минаков (четвертый слева в нижнем ряду) с коллегами – профессорами Московского императорского университетаВ статье о Минакове ученые рассказывают историю убийства ребенка, которое произошло в 1911 году в Киеве. Тогда это преступление было представлено как ритуальное убийство, в котором обвинили работника кирпичного завода. Но Минакову удалось доказать, что этот человек невиновен.
«Смерть 12-летнего Андрея Ющинского стала отправной точкой «дела Бейлиса», которое было явно сфабриковано и имело целью «раздуть» и без того обострившийся в стране национальный вопрос, – пишут Пиголкин и Ломакин. – Обвинения в ритуальном убийстве ребенка буквально обрушились на Менахема Менделя Бейлиса – рядового служащего кирпичного завода. Дело явно было заказным и имело провокационный характер. Абсурдность обвинения и политическая подоплека процесса были абсолютно очевидны. Представители российской и европейской общественности незамедлительно выступили с протестами. Среди них фигурировали имена Владимира Короленко, Зинаиды Гиппиус, Александра Блока, Максима Горького. В Европе выступили Анатоль Франс, Томас Манн, архиепископ Кентерберийский, Герберт Уэллс и сотни других представителей интеллигенции. Несмотря на сильное административное давление на ход расследования, ведущие российские ученые, в числе которых был Петр Минаков, дали объективное заключение, которое не соответствовало официальной версии правящих политических кругов и той линии государственных преобразований, которой придерживался лично Столыпин. К тому времени Минаков был признанным специалистом по диагностике смерти от острой кровопотери. На теле мальчика обнаружили 47 колотых ран, нанесенных, вероятнее всего, шилом. Характер травм не соответствовал представлениям о ритуальном убийстве, так как для колотых ран типично внутреннее кровотечение, а наружное или отсутствует, или незначительно. Забор крови не был возможен чисто технически. Именно так и прозвучали слова профессора Минакова: «Ни свойства ран, ни их местоположение не дают никаких оснований к гипотезе, что убийцы старались получить возможно большее количество крови из тела Ющинского. Заключение экспертов, что ближайшей причиной смерти Ющинского было истечение кровью и что труп был обескровлен, я считаю необоснованным».
В итоге суд присяжных оправдал Бейлиса. Настоящий преступник найден не был. Петр Минаков же попал в число неугодных и потерял возможность активно заниматься наукой и преподаванием. По сути, ему пришлось всё начинать сначала. Уже к 1914 году стараниями уроженца Курской губернии открылся Институт судебной медицины при Московских высших женских курсах (впоследствии 2-й Московский медицинский институт).
В 1924 году выходит его работа «Консервирование (бальзамирование) и мумификация трупов». В ней он предложил собственный способ сохранения тел после смерти. «Следует отметить, что мумифицированные препараты, изготовленные Минаковым, отличались очень высоким качеством. Они сохраняли изначальное сходство, не гнили и не покрывались плесенью со временем, не требовали дополнительного консервирования, легко хранились в обычных условиях при комнатной температуре», – говорят ученые.
Считается, что Петр Андреевич был консультантом по вопросу сохранения тела Ленина, который умер в 1924 году. Так или иначе, но статья Минакова «Консервирование (бальзамирование) и мумификация трупов» вышла в том же 1924-м.
Подготовил Артур АЛЯБЬЕВ
