Серафим Саровский вынес с поля боя. Сестра милосердия – о чудесах спасения бойцов
8–9 марта в Севастополе состоялся Первый съезд сестер милосердия Крыма и Новороссии. Среди более чем 400 участников из разных регионов России, Беларуси и Казахстана на нем побывала курянка Людмила Кудланова. До вторжения ВСУ на родную землю никакого отношения к медицине она не имела, хотя работает в социальной сфере, более 20 лет возглавляя отдел установления пенсий Курского отделения Социального фонда России. Как неравнодушный человек в стороне от большой беды остаться не смогла. О том, как выбрала этот путь и о каких чудесах узнала в военном госпитале, в нашем интервью.
Первого раненого звали, как сына…
– Людмила Петровна, как вы стали сестрой милосердия?
– Об обучении, организованном Центральной клинической больницей святителя Алексия, я узнала от сотрудников храма, куда ходила на службу. Эта больница находится в Москве, но ее главный врач Алексей Юрьевич Заров проводит подобные курсы по всей России и даже за рубежом. В Курске за полтора года, с сентября 2024 года, состоялось 4 потока, всего сестринскому служению обучились около 120 курян. Среди слушателей есть даже один мужчина – священнослужитель. Нас готовили как сестер по уходу, которые помогают выхаживать больных, осуществляя гигиенические процедуры, без медицинских манипуляций. Например, как помыть лежачего больного, пересадить, одеть, обработать пролежни. Сами позже научились стричь. Курсы длились две недели. По 3 часа в будни после работы и с утра до вечера по выходным. По окончании занятий нам выдали удостоверения и допуск в военный госпиталь.
Людмила Кудланова: «О здравии всех, кто запал в душу, я молюсь»– Помните свой первый день там?
– Страха не было. Было ощущение, что я зашла на территорию, где от меня потребуется много душевных сил. Первого раненого звали, как моего младшего сына – Даниил. Совсем молоденький мальчик. Я восприняла это как знак, что я на верном пути. Вокруг были чьи-то сыновья, мужья, братья. Служение, которое Господь послал мне, придавало сил.
– Как удавалось совмещать работу и служение при больнице?
– Раненых поступало очень много – были забиты все палаты и коридоры. Рабочих рук не хватало. Заканчивая работу в шесть вечера, ехала на смену в госпиталь на 3–4 часа трижды в неделю. И на целый день, порой до полуночи – в воскресенье после службы в храме. Духовным наставником сестричества в Курске стал протоиерей Павел (Костин) храма Вознесения Господня. Когда я только начинала ходить на церковные службы, ощущала сопротивление – спина болела, будто «коня держала». А сейчас литургия пролетает быстро и легко.
– А как себя чувствуете после смен в госпитале?
– Я очень устаю, проводя на ногах по 10 часов с тазами, пеленками, ножницами, машинками для стрижки, поднимая и переворачивая бойцов, но домой иду так, как будто кто-то на крыльях несет! Не для красного словца, восторга и самовосхваления это говорю, просто передаю свои ощущения. Мы, конечно, перед началом любого богоугодного дела произносим молитву «Господи, благослови на служение – не себе, а имени твоему!» И по окончании этого дела всегда чувствуем внутреннюю чистоту и легкость. Такие же чувства умиротворения передаются и нашим воинам. Однажды боец, потерявший всех своих сослуживцев в страшных мучениях, не мог заснуть и просил снотворного. Но как только мы начали обмывать его израненное тело, заснул, по его собственному выражению, как ангел. А другой, увидев платы с крестом (головные уборы сестер милосердия, – ред.), удивился: «Я уже в раю?» Мы стараемся сделать жизнь наших защитников в больничных палатах лучше.
От смерти спас неземной голос
– Стены больниц слышали больше искренних молитв, чем церкви… Наверняка вам бойцы рассказывали о чудесах, которые происходили с ними на фронте, поделитесь?
– Много ситуаций, когда помогают святые. Парнишка лет 23 по имени Руслан рассказывал, что уже потерял надежду на спасение. Вокруг были одни «двухсотые», он истекал кровью. Зажгутовав ногу, смог немного отползти от линии огня, как вдруг потерял сознание. «Не спи», – чей-то голос пробудил его, но вокруг ни души. Снова темнота и забвение. И снова голос: «Не спи!» Проснулся, никого, и в третий раз провалился в беспамятство. «Зови на помощь!» – от этого возгласа воин снова пришел в себя и увидел, как, не обнаружив никого живого, уже отдаляется с поля боя бригада санитаров. Он смог окликнуть их и был спасен… Я спрашивала, мужской или женский голос был, Руслан ответил: без принадлежности к полу, мелодичный, неземной. Как будто ангела-хранителя. О здравии всех, кто запал в душу, я молюсь. Надеюсь, у Руслана с Божией помощью всё благополучно.
– О чудесном явлении святых на полях сражений ходит людская молва…
– Ситуации одинаковые, но святые разные являются. Все бойцы рассказывают одно: выводили, говорили, куда идти и где прятаться. Один паренек вспоминал, что к нему подошли два воина – один в старорусском одеянии, в кольчуге и с копьем (я сразу представила святого мученика Иоанна Воина), второй – в современной военной одежде (как будто воин Евгений, погибший мученической смертью за отказ снять крест и принять мусульманство на Чеченской войне). Мы раздаем в госпитале молитвословы и иконы, так вот один парнишка, указав на Матрону Московскую, произнес: «Ой, бабушка, она меня спасла!» Другой показал на икону Серафима Саровского со словами: «Меня нес старенький дедушка этот…» И многие рассказывают о чудесах, связанных с «Живыми помощами» – нательным поясом с 90-м псалмом для защиты от врагов. Один мне рассказывал, что осколок отскочил, как от брони, от его груди, где в кармане были «Живые помощи». А второй, услышав этот рассказ, подхватил – мог бы остаться без ноги, но в момент ранения услышал звук отскакивающего металла – молитва как раз была в кармане брюк.
«Сестры милосердия объединены идеей бескорыстного служения Господу», – говорит наша собеседница– А есть ощущение, что и вам кто-то подсказывает?
– Да. Был яркий случай – пока мы с напарницей возились в одной из палат, я увидела, как в другой приподнялся мальчишка. Меня будто стал кто-то подталкивать: «Иди, иди, помоги!» Я двинулась и увидела: хлещет кровь, парень теряет сознание. Схватила полотенце и футболку, наложила жгут и тугую повязку. Позвала на помощь. Максимку мы спасли, теперь считаем его своим крестником. А позже выяснили, что его прадед – священномученик Иоанн, расстрелянный на Бутовском полигоне во время сталинских казней духовенства. Заступничество святого, думаю, и спасло мальчишку.
«Мы стали преемницами исконно курского сестричества»
– Наверное, многие приходят после таких чудесных исцелений к вере?
– В экстремальной ситуации, когда гибнут близкие (а на передовой ребята становятся братьями) люди меняются, переживая душевный надрыв. Наше служение во главе с батюшками, которые окормляют бойцов, духовное. Кому-то надо выговориться, а кто-то закрылся, нужно найти подход постепенно. Многие крестятся в православную веру, потому что понимают: сила не в оружии и самонадеянном геройстве, а в живом Божием присутствии. Яркий пример тому – история солдата Ивана Павлова, который во время Великой Отечественной войны, найдя в разрушенном Сталинграде старенькое Евангелие, обрел Бога в душе и утратил страх. После войны он ушел в монашество с именем Кирилл и стал одним из самых почитаемых духовников Русской православной церкви, в том числе духовным отцом трех русских патриархов, включая Алексия II. Пройдя горнило страстей, ребята переосмысливают свою жизнь. Многие жалеют, например, что сделали татуировки. Потерянное поколение?! Это не так! Видели бы вы участников операции «Поток»! Чумазые, в черной саже и копоти, они бегали по больничным коридорам с сияющими глазами, счастливые от того, что освободили Суджу и вернулись в этот мир!
Поклонный крест сестрам милосердия XIX–XX веков в Севастополе. С главной сестрой курского сестричества Ольгой Башмаковой– А как именно пришли к вере вы?
– У меня светское экономическое образование, я росла не в религиозной семье. Но когда заболел муж, поняла, что помощь надо искать не только в больнице. И вот уже более 10 лет я на этом пути.
– На каком этапе развития курское сестричество?
– Мы задумывались о возрождении сестричества, посещая Марфо-Мариинскую обитель, основанную великой княгиней Елизаветой Федоровной, и Свято-Елисаветинский монастырь, где сестры продолжают благотворительную деятельность в больницах. Трагические события на нашей земле заставили сделать это быстрее. Названо сестричество в честь Курской Коренной иконы Божией Матери «Знамение». Когда выбрали название, вдруг обнаружили, что Курско-Знаменская община здесь уже существовала с конца XIX века. Так чудесным образом мы стали преемницами исконно курского сестричества.
– Как можно пройти обучение и вступить в ваши ряды?
– Рук действительно не хватает, из 120 прошедших обучение осталось служить всего около 20 человек. По мере набора группы курсы будут организованы вновь. Но надо понимать, что служение – это не геройство, а бесплатный тяжелый труд – как психологически, так и физически. Если вы все-таки видите свое предназначение в помощи людям, мы вас очень ждем. Сестры милосердия объединены идеей бескорыстного служения Господу.
Оксана САНИЦКАЯ