Курский мотив Максима Амелина
Максим Амелин – человек в литературной среде известный: поэт, переводчик, издатель, лауреат множества литературных премий. В их числе премия Солженицына, которой наш земляк был удостоен в 2013 году, став третьим курянином в списке лауреатов этой престижной премии, после Евгения Носова и Константина Воробьева.
Максим Амелин родился в Курске в 1970 году. Однако здесь его имя известно, скорее, в узких филологических кругах и среди немногочисленных ценителей настоящей поэзии. Родной город Максим покинул в 18 лет, уехал покорять столицу. В Москве и остался. Но город юности не забывает, часто бывает здесь. 17 марта он общался с земляками в литературном музее, где прошла его творческая встреча.
Литератор вспоминал курское детство, говорил о поэзии, работе переводчика, представил свою новую книгу «Три звезды», в которую вошли стихотворения и поэмы, написанные за 35 лет, и читал стихи, вошедшие в этот сборник. По-особенному в родном городе звучала курская тема.
Техникум торговли, МГУ и Литинститут
Сочинять стихи курянин начал еще в первом классе, а в 14 лет заявил родителям, что станет поэтом. Надо сказать, что именно папа, инженер по профессии, увлек сына поэзией. Он сам немного писал стихи.
«Если в школе задавали выучить стихотворение, отец обязательно говорил, что я должен выучить три. И я учил – память в этом возрасте прекрасная», – вспоминает Максим Амелин.
А после восьмого класса родителям настоятельно рекомендовали забрать из школы сына, связавшегося с «плохой компанией» и разлагавшего дисциплину.
«У нас была бригада, человека четыре, мы скитались по разным развалинам, много интересного находили: монеты, старинные книги, даже золото. И два пистолета нашли однажды. Это 1982 год был. Огромный, калибр – восемь с половиной, переламывается как ружье, с пятидесяти метров способен огромное дупло разворотить в дереве. На вооружении русской полиции такие пистолеты были. И вот меня с ним повязали... Отпустили, конечно», – делился курянин в одном из интервью.
Семья жила в районе улицы Белинского, и Максим выбрал учебное заведение по принципу «поближе к дому». Так он стал студентом техникума торговли (сейчас колледж коммерции, технологий и сервиса). В 1987 году на практике работал в Касторном директором единственного в поселке кафе.
Но и в техникуме торговли нашлось место для поэзии. Максим вспоминает, что одна из преподавательниц, обучавшая технологии приготовления блюд, каждое занятие начинала с чтения стихов.
А еще у студента Амелина было много свободного времени. Это дало возможность много читать, что заложило хороший фундамент будущего. Ведь с мечтой стать литератором курянин не расстался. Окончив техникум и получив диплом технолога общественного питания, поехал поступать в МГУ... на классическую (античную) филологию!
«Это был 1988 год. И, естественно, я не поступил. Кто я такой? Мальчик из Курска приехал. Мне потом моя приятельница, которая окончила эту самую классическую филологию и потом еще аспирантуру, сказала: «Ты куда вообще пошел? Там десять мест – они за год до приема уже распределены. Ты бы лучше на русскую филологию пошел!» – вспоминает теперь уже маститый литератор.
Провалив экзамены в главный вуз страны, курянин отправился отдавать долг Родине. Не частый штрих к биографии поэта.
«Служил два года под Москвой секретчиком в правительственной связи. Там была хорошая библиотека. Мне очень повезло. Тогда, в конце 1980-х, выписывались все толстые журналы. И «Московский комсомолец» тоже... Приобрел опыт общения с людьми разных национальностей, с их интеллектуальным, культурным и чувственным миром. У меня был первый разряд по бегу. С гирями я тоже очень неплохо управлялся», – делится поэт.
Первые публикации его стихов были именно в «Московском комсомольце».
Литературная премия из рук Джеки Чана
После армии Максим Амелин поступил в Литературный институт имени Горького, который, к слову, так и не окончил. На сегодняшний день стихи курянина переведены почти на 40 языков.
В 2025 году он получил престижную китайскую «Премию 1573» для иностранных поэтов. Это одна из самых значимых негосударственных литературных наград в Китае. В Поднебесной курянин был 17 раз, его творчество там высоко ценят. «Премию 1573» Максиму Амелину вручил актер Джеки Чан, который в последние годы получил в своей стране известность и как поп-исполнитель. На церемонии он исполнил собственную песню «Страна».
До россиянина лауреатами «Премии 1573» становились литовец Томас Венцлова, живущий в Париже сирийский поэт Адонис, венгерский поэт Иштван Турчи, ирландка Элэн Ни Хуллианайн. Лауреат получает солидную денежную премию –
157 300 юаней (это около 1,7 миллиона рублей), диплом и большую бутылку элитного китайского алкоголя «байдзю» 50-летней выдержки стоимостью около 50 000 юаней.
Максим Амелин является главным редактором издательства «ОГИ». Он член Русского ПЕН-Центра и гильдии «Мастера художественного перевода».
Писатель Захар Прилепин о Максиме Амелине: «Тут кто-то написал, что «читать Амелина – это труд». Я бы добавил: полезный труд. Нет, серьезно, я когда читаю стихи Максима Амелина, всегда как-то даже немножко горжусь собой: вот, думаю, я занимаюсь делом, а не ерундой какой-нибудь. Бывает, что прочитаешь чьи-нибудь стихи и восхитишься: ах, как прекрасно, ах, как ярко. Потом пройдет время, обернешься и думаешь: а чего восхищался, как-то легковесно всё это было, первым сквозняком унесло. Амелин другой. Амелин настоящий. Амелин подобно камню лежит, не обойдешь».
В родстве с Олегом Радиным
Максим Амелин – дальний родственник основателя галереи «АЯ» Олега Радина, был знаком с ним с детства, последний раз общался прошлой осенью – за несколько месяцев до того, как Олега Михайловича не стало.
«Наш общий предок – курский купец 2-й гильдии Василий Афанасьевич Гнучев, живший в XIX веке. А его дочери Мария и Ольга – соответственно прабабушка Олега и моя прапрабабушка», – рассказал поэт.
10 лет пишет «Курскую поэму»
В творчестве Максима Амелина часто звучит курский мотив. Уже десять лет он пишет «Курскую поэму», которую пока никак не может закончить.
Его стихотворение «Мне тридцать лет, а кажется, что триста...», написанное много лет назад, стало основой для мини-фильма, который даже взял главный приз на международном фестивале. Сам Максим узнал об этом уже спустя время. Автор необычной картины просто использовал размещенную в открытом доступе аудиозапись, где поэт читает свое стихотворение. Этот мини-фильм и сейчас можно найти на просторах интернета.
«Считаю, что к каждому стихотворению нужна аннотация автора», – полуиронично заметил поэт в ответ на ремарку из зала о том, что одно из его поэтических произведений недавно включили в школьную программу и теперь на уроках обсуждают, что хотел сказать Амелин, додумывая за автора смысл прочитанного.
«Текст вообще, не то что чужой, но даже и свой, он непознаваем. Потому что ты про него думаешь одно, а на самом деле другое», – уверен поэт.
Прежде чем прочитать стихотворение «Ипполиту Богдановичу, погребенному на Херсонском кладбище в Курске», он решил пояснить смысл первой строки: «Когда поэт умер, фактически стихийно возник конкурс на эпитафии Богдановичу. Он продолжался почти два года. Писали эпитафии, а журналы их печатали. Иван Дмитриев, был такой поэт, ставший министром юстиции, решил положить конец этому безобразию и написал эпитафию эпитафиям. И, собственно, с этого стихотворение и начинается».
Нынешняя супруга Максима Амелина Анна Золотарева – поэтесса. Стихи пишет и его сын Ростислав, которому 33 года.
Маленький город этот на вид
Маленький город этот на вид – верблюда
напоминает: стакнутых два горба,
между – ковер базара и цирка блюдо,
проволокой стянутые короба
сонных домишек – не велика поклажа, –
так и стоит на месте тыщу лет,
не выходя за рамки заданного пейзажа,
ибо иного выхода просто нет.
Здесь – и Восток, и Запад, – с какого бока
ни подойди, ни подъедь – гремучая смесь,
спесь дремучая Запада и Востока. –
Я родился здесь, я вырос здесь.
«Две горы, две тюрьмы, посредине – баня».
Курск! Обознаться немыслимо – это ты!
Сколько лет, сколько зим! – А твои куряне?
Сведомы ль кметы? Под трубами ль повиты?
Под шеломы ль взлелеяны? – Как там дальше?
Я из другого текста: изнежен, слаб,
извращенец, невозвращенец, фальши
собственных грез и чужих наущений раб.
Я тебя приветствую! Ты мне дорог –
с чем бы таким сравнить, не меля чепухи
и не теряя в бессмысленных разговорах
время? – Дорог, как эти мои стихи.
***
Мне тридцать лет, а кажется, что триста, –
испытанного за десятерых,
не выразит отчетливо, речисто
и ловко мой шероховатый стих.
Косноязычен и тяжеловесен,
ветвями свет, корнями роя тьму, –
для разудалых не хватает песен
то ясности, то плавности ему.
На части я враждебные расколот, –
нет выбора, где обе хороши:
рассудка ли мертвящий душу холод,
рассудок ли мертвящий жар души?
Единство полуптицы-полузмея,
то снизу вверх мечусь, то сверху вниз,
летая плохо, ползать не умея,
не зная, что на воздухе повис.
Меня пригрела мачеха-столица,
а в Курске, точно в дантовском раю,
знакомые еще встречая лица,
я никого уже не узнаю.
Никто – меня. Глаза мои ослабли,
мир запечатлевая неземной, –
встаю в который раз на те же грабли,
не убранные в прошлой жизни мной.
Анна АЛЕКСАНДРОВА